Зигмунд Фрейд считал, что коллекционирование - это защитный механизм человеческой психики, представляю-щий собой способ снятия внутреннего напряжения с помощью перенаправления энергии на достижение социально приемлемых и лично доступных целей. В данном вопросе я с ним полностью солидарен… Не углубляясь в искусствоведческие дебри, остановлюсь на собирательстве. В моем представлении это не доверху набитые оружием сейфы, а нечто другое. Как пример вернемся к Маузеру98 работы Готфрида Прех-тля. В той статье (“Ихний Маузер”, №4’2009) я из краткости опустил промежуток времени чуть меньше полувека. История собирательства винтовок М98 началась с первой копаной, тщательно отмоченной в керосине и отшлифованной. Как мне казалось тогда, винтовка была доведена до ослепительного блеска. Век ее кончился на дне Оредежи. Это был честный обмен: отец покупает мне БМ16 с уговором - впредь никогда не нарушать Закон, а я топлю винтовку. Далее был М98 16 калибра, сделанный небольшой серией в Оберндорфе (Германия, 1936 год)…

Большинство мужчин в моей родословной за-нимались охотой до самозабвения, держа-ли собак, владели ружьями известных мастеров, были наставниками, заводчиками, коллекционерами и просто охотниками, искренно преданными этому древнему промыслу. В то же время, взяв за пример период жизни в России моей родни по материнской линии в отрезке от начала советской власти и по настоящее время, можно наглядно проследить все негативные этапы развития отношения этого государства к собственности охотников на оружие и к самому охотничьему оружию. Прейскурант складов Василия Ивановича Петрова за 1915 год (в историческом плане – недавнее прошлое): «…Продажа, покупка и хранение охотничьих дробовых ружей и припасов к ним производится свободно, без всяких разрешений». Тем не менее количество правонарушений с применением оружия в процентах на душу населения в России было тогда ниже, чем сейчас, в пору тотальной бюрократизации и выдачи разрешений на все…

Среди всего много-образия стрелковых систем существуют как яркие индивидуальности с легко опознаваемой внешностью — вроде пистолета «Маузер C96», «томмигана» или автомата M16, так и «близнецы-братья», которых регулярно путают друг с другом — финский «суоми» и советский ППШ, немецкий MP40 и американский M3, британский «брен» и французский «шательро 1924/29». При этом все перечисленные образцы хорошо известны самой широкой аудитории; что же касается малораспространенных моделей, то с их идентификацией нередко ошибаются даже интересующиеся оружием люди. Автор этих срок лично слышал восторженный возглас «Наш “федоров”!» от российского туриста, посетившего Оружейный зал Стокгольмского Военного музея и увидевшего систему, которой посвящена данная статья. И упрекать в необразованности нашего соотечественника нельзя, уж больно похожи очертаниями ложи - автомат конструкции В.Г.Федорова и «самозарядный карабин летчика» разработки Пауля Маузера…

И если вы еще не знаете, то я спешу вам сообщить, что Бразилия, расположившаяся в сердце Латинской Америки, уже не один десяток лет входит в ряды ведущих производителей оружия не только на американском континенте, но и, вероятно, во всем мире. Получить этот статус Бразилии удалось во многом благодаря широко ныне известной компании Forjas Taurus, что дословно переводится на русский язык как «кузня Быка». Компания Forjas Taurus, или кратко Taurus, начинала свое существование в 1939 году как небольшое инструментальное производство. В 1941 году компания выпустила свой первый образец стрелкового оружия - револьвер, сочетавший в себе конструктивные особенности таких известных систем, как Colt и Smith & Wesson. Первый револьвер получил название «модель 38» и заложил основы успеха компании на рынке оружия. К концу шестидесятых годов револьверы фирмы Taurus весьма неплохо продавались на рынках Латинской Америки…